на главную страницу

к началу раздела

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2000. № 3. с. 22-31

И. Э. Мусаэлян, Ю. О. Сливницкий

О ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МОДЕЛИ АКТУАЛЬНОГО КОНФЛИКТА ДЛЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Изучая психологию предпринимательства, психолог с необходимостью должен включать в круг рассматриваемых реальностей не только психологически легитимную "личность предпринимателя", но также социально-экономическую ситуацию (которая служит "полем деятельности" предпринимателя и определяет избираемые и формы поведения и, в конечном итоге, судьбу его дела) и предметную сторону предпринимательского ремесла (своего рода технологию, базирующуюся на определенных знаниях, умениях, навыках). То есть он должен волей-неволей внедряться в области, лежащие на границах или вообще за пределами профессиональной компетентности психолога: социологию, экономику, право и т.п.

Эта широта рассмотрения отражает самое существо феномена предпринимательской деятельности, а именно глубокую включенность предпринимателя в наличную социально-экономическую ситуацию и использование полученных наблюдений в повседневной деловой практике. В этом смысле предприниматели могут быть уподоблены "охотникам за изменениями социальной среды", которые систематически "отыскивают их, реагируют на них и используют как источники для достижения успеха" (Друкер, 1993, с. 39). Как же можно объяснить столь высокую степень ситуационной зависимо предпринимателя?

Предприниматель действует в рамках системы обменов, другими словами, рынок — это совершенно необходимое условие его деловой активности. Недаром "обмен" является ключевым понятием, входящим в любое определение предпринимательства (Хизрич, Питерс, 1993; Хоскинг, 1993). При этом предприниматель не только использует уже задействованные сегменты рыночной структуры, но и создает, формирует новые ее звенья (рыночные ниши). По существу, конечная цель предпринимателя — создание "своего потребителя" (Друкер, 1993; Мусаэлян, Сливницкий, 1995). Для достижения этой цели он должен провести целое исследование, т.е. выяснить: в чем может состоять полезная людям "услуга" и какова ее возможная "ценность" (ведь "производимое" и "покупаемое" — это разные вещи, имеющие в том числе и различную стоимостную оценку с точки зрения производителя и потребителя); каковы реальные возможности потенциального потребителя (покупательная способность, условия будущей эксплуатации изделия и т.п.) и т.д. Получение достоверных ответов на эти вопросы — залог успеха предпринимательской деятельности, и многочисленные примеры "судьбоносной" роли подобных исследований приведены в литературе (Агеев, 1991; Гинс, 1992; Серван-Шрейбер, 1993; Дёринг, 1995; Хокен, 1999).

Итак, глубокая включенность в социальную практику — фундаментальное условие предпринимательской деятельности. Возможно, именно по этой причине труды по психологии предпринимательства изобилуют захватывающими дух описаниями того, как "буквально из воздуха" создаются организации, приносящие миллионные доходы, а удовлетворительная модель "предпринимательской личности" тем не менее отсутствует (Хизрич, Питере, 1993).

Разумеется, существует обширный пласт психологической литературы, где проводится непосредственное увязывание психологических качеств/черт индивида с показателями успешности предпринимательской деятельности. Так, в одном из исследований (Roberts, 1988) выделяются следующие психологические качества, приводящие предпринимателя к успеху в производственной сфере: инициативность, положительное отношение к другим, лидерство, ответственность, организационные способности, решительность в действиях, упорство. В другом исследовании (The Identification..., 1988) обосновывается более широкий набор личностных конструктов, коррелирующих с успешностью предпринимательской деятельности: стремление к независимости; стремление к финансовому успеху; специфические требования к работе (разнообразие работ, наличие ясной цели, субъективная важность цели и др.); чувство личной ответственности (уверенность, что успех в жизни зависит от самого человека); наличие высокого энергетического потенциала; стремление к достижению результата, включающее склонность к разумному риску, управлению ситуацией и получению обратной связи; уверенность в себе; толерантность к неопределенности; нетерпение, стремление к максимальному темпу.

Наряду с многочисленными исследованиями, основанными на диспозиционной модели, в психологии личности появились работы, авторы которых утверждали, что на основании данных о психологических свойствах индивида нельзя статистически обоснованно предсказать его поведение в конкретной ситуации. (В свое время этот вывод произвел ошеломляющее впечатление на психологическое сообщество.) Речь идет прежде всего о работе У. Мишела (Mishel, 1968), посвященной личностной психодиагностике. В качестве альтернативы диспозипионному подходу Мишел предложил рассматривать реакции людей на социальное окружение* не в терминах личностных черт, а в терминах когнитивной компетентности, стратегий обработки информации, личных целей, субъективных ожиданий и других факторов социального научения" (Росс, Нисбетт, 1999, с. 172).

В последние годы возрос интерес персонологов к влиянию окружения на поведение людей (Blass, 1984). В цикле экспериментов по социальному влиянию на процессы индивидуального принятия решения было обнаружено, что для предсказания поведения более значимую роль играют не "внутренние факторы человека" ("внутренняя природа человека", по А. Маслоу) или "глубинные черты личности", а особенности социального контекста, в котором осуществляется реальное поведение индивида (см.: Росс, Нисбетт, 1999).

Вместе с тем, подчеркивая роль социальной среды для объяснения поведения индивида, не следует сбрасывать со счетов и характеристики самого индивида, которые, разумеется, нуждаются в доопределении. Иначе говоря, продуктивный подход к психологии личности можно задать следующим образом: "Поведение определяется переменными человека, ситуацией и их взаимным влиянием друг на друга" (Хьелл, Зиглер, 1997, с. 596). Эта концепция известна как "интеракционистский подход". С этих позиций можно сформулировать принципиальные требования и к построению общей теории личности, и к построению модели личности предпринимателя в частности. Искомая модель должна сочетать в себе как требование включенности индивида в социальную ситуацию, так и возможность описания субъективной репрезентации социальной реальности. Необходимость подобного комплексного подхода особенно очевидна при разработке проблемы построения психологической модели личности предпринимателя в силу выделенной нами фундаментальной зависимости последнего от социально-экономического окружения.

Очевидно, что создание практически пригодной модели — достаточно сложная задача. Поэтому для ее решения представляется полезным обратиться к опыту эмпирических исследований, отвечающих принципу целостного подхода к описанию поведения. Наиболее продвинутыми в этом отношении оказались психотерапевтические подходы, с самого начала ориентированные на получение практических результатов. Интересную попытку увязывания конкретных проявлений человеческой жизнедеятельности с множественными воздействиями социального окружения представляет собой концепция позитивной психотерапии Н. Пезешкиана (1996). В основе этой концепции лежит принцип транскультурного взаимодействия, отражающий влияние широкого социокультурного контекста (в том числе делового и профессионального) на симптоматику соматических и психических заболеваний, их переносимость и способы их преодоления.

Не углубляясь в обсуждение всех тонкостей оригинального метода поведенческой психотерапии, предложенного Н. Пезешкиаиом, сосредоточимся на понятии "актуальный конфликт". Согласно автору, актуальный конфликт возникает в результате взаимодействия внешних детерминирующих факторов социальной ситуации и актуальных способностей личности и отражает "переработку" социального напряжения, оказывающего влияние на индивида. Несмотря на культурные и социальные различия, а также личностную неповторимость каждого человека, можно обнаружить, что при решении своих проблем люди прибегают к типичным формам переработки конфликтов: через тело (ощущение), деятельность (разум), контакты (традицию) и фантазию (интуицию).

Переработка "через тело" означает, что конфликт (или социальное напряжение) переживается как совокупность телесных ощущений, и отражает общую активность индивида. При этом специфичность телесного ответа (в том числе и возникновение психосоматических заболеваний) определяется имеющимися у индивида концепциями или атрибуциями, которые он относит к своему телу в целом, отдельным его органам и их функциям, а также к представлениям о здоровье и болезни.

Переработка "через деятельность" означает, что актуальный конфликт разрешается в рациональной форме, т.е. через наличные структуры профессиональной деятельности, деловой активности, путем актуализации когнитивных способностей и навыков решения проблем. Типичные реакции на социальное напряжение в этом случае определяются принятыми индивидом концепциями относительно возможности/невозможности выполнить конкретную работу в определенный момент жизни.

Переработка "через контакты" отражает способность устанавливать и поддерживать отношения с партнерами, семьей, различными группами и т.п. Социальное поведение формируется как под влиянием приобретаемого индивидуального опыта, так и под влиянием значимых для индивида социальных обычаев (традиций). В особенности это касается наших возможностей налаживать контакты с людьми. В последнем случае социальное напряжение перерабатывается в воображении — через мечты, фантазии, концепции, ожидания...

Будучи практикующим психотерапевтом, Пезешкиан не заботится о теоретическом обосновании своей модели, но, на наш взгляд, его концепция очень точно воплощает ключевую интеракционистскую идею взаимодействия ситуации и личности: актуальный конфликт понимается как встреча ситуационных воздействий и наших личностных детерминант, а выделенные формы переработки исчерпывающе отражают важнейшие области личностного реагирования. В связи с этим рассматриваемая модель представляется применимой не только в сфере психотерапевтической практики, для которой она, собственно, и создавалась, но и в любой области, где индивид функционирует в режиме актуального взаимодействия с действительностью.

Эта модель может оказаться полезной и при создании концепции личности предпринимателя. Поскольку модель актуального конфликта предполагает рассогласование между чрезмерным давлением среды и личностно детерминированными возможностями по переработке внешних перегрузок, она особенно применима к анализу предпринимательской деятельности в условиях современной России, где мы имеем дело не со сложившимися ее формами, как в развитых странах, а только с процессом их становления. Таким образом, в условиях кардинальных изменений социально-экономической ситуации в качестве предмета исследования выступает сложный комплексный феномен готовности к предпринимательской деятельности, к изменению образа жизни, формированию новых поведенческих паттернов, смене видов профессиональной деятельности. По существу речь идет о возможности адаптации субъекта к новой экономической действительности.

Анализу готовности к предпринимательской деятельности был посвящен цикл проведенных нами исследований (Мусаэлян И.Э., Сливницкий Ю.О. Деловая активность населения Брянской области: Научный отчет ИСИППМ при СМ РФ. М., 1991—1993; Мусаэлян И.Э., Сливницкий Ю.О. Деловая активность населения Калужской области: Научный отчет ИСИППМ при СМ РФ. М„ 1994). Готовность к предпринимательской деятельности оценивалась с помощью методов анкетирования и регламентированного интервью. Были разработаны два оригинальных опросника. Первый содержал ряд тестирующих утверждений, отражающих оценки состояния социальной среды и намерения испытуемых, в том числе и намерение заняться предпринимательской деятельностью. Второй был ориентирован на оценку личностных свойств, релевантных собственно предпринимательской деятельности, и включал следующие шкалы: инициативность, самостоятельность; новаторство, склонность к изменениям; склонность к риску; навыки управления, сотрудничество; характер решения задач: оперативность, опора на главное, "многоканальность"; активность, склонность к напряженной работе; устойчивость к монотонии, к неудачам.

Массовый опрос населения проводился в Брянской и Калужской областях РФ и в Гомельской области Республики Беларусь. В Москве проводилась работа с отдельными предпринимателями и организациями. Выборка (всего 1500 человек) состояла из следующих групп: студенты вузов, работники госпредприятий (сотрудники региональных органов управления различного уровня, ИТР и руководители промышленных предприятий, сотрудники научных и проектных организаций, сельские специалисты); сотрудники и руководители крупных АО; сотрудники и руководители малых предприятий (ООО, кооперативы); индивидуальные предприниматели.

Анализ данных позволил выделить три группы респондентов, которых можно рассматривать как более или менее успешно вписавшихся в новую социально-экономическую реальность: "студенты" — 215 студентов технических вузов России и Беларуси в возрасте 21—28 лет; "предприниматели" — 72 представителя высшего управленческого звена частных предприятий различного профиля, а также руководители крупных АО в возрасте 28—55 лет; "предприниматели поневоле" — 300 человек в возрасте 35—55 лет. Последняя группа весьма неоднородна по составу. Она включает не только индивидуальных предпринимателей, занимающихся, например, "челночным" промыслом или другими видами ИТД, но и лиц, числящихся работающими на фактически остановившихся предприятиях и одновременно выполняющих другие виды деятельности, часто совершенно не связанные с их основной работой и .специальностью. Подобный "многостаночный" образ жизни не обусловлен предпринимательской мотивацией, профессиональным выбором и т.п., а является вынужденным способом адаптации к сложным социальным условиям.

Нами был получен обширный массив данных, включающих как оценки личностных черт, релевантных требованиям предпринимательской деятельности, так и оценки текущего состояния социальной среды, намерения включиться в реальный процесс предпринимательства и принятие ценностей предпринимательской культуры. Оставляя в стороне многочисленные детали процесса освоения населением различных форм предпринимательской деятельности, выделим лишь те данные, которые могут быть сгруппированы вокруг четырех форм личностного реагирования на социальную ситуацию (в соответствии с обсуждаемой моделью Пезешкиана). Применяя модель актуального конфликта к целостному анализу деловой активности, можно выявить узловые проблемы, переживаемые предпринимателями, и связанные с ними личностные деформации.

В сфере, названной Пезешкианом "тело (ощущение)", особенно важной представляется оценка собственных энерговозмояостей, базирующаяся на общей активности индивида и связанная с личностными концепциями "по силам/не по силам". Данная сфера реагирования может быть названа областью активности (А).

В сфере "деятельность (разум)" эффективность осуществления предпринимательской деятельности определяется когнитивными процессами, способами и особенностями работы с информацией, уверенностью в возможности систематически и целенаправленно решать поставленные задачи. Эту сферу условно назовем областью работы с информацией (И).

В сфере "контакты (традиции)" ключевой для предпринимателя является способность устанавливать и поддерживать отношения с инвесторами, партнерами, сотрудниками, поставщиками, клиентами и т.д. Эта способность во многом зависит от принятия/не принятия индивидом концепции корпоративной природы предпринимательской деятельности. Назовем эту сферу областью коммуникаций (К).

И, наконец, в сфере "фантазия (интуиция)" для осуществления предпринимательской деятельности жизненно важными оказываются устремленность в будущее, видение возможностей, разработка стратегий и планов. Назовем эту сферу областью прогнозирования (П).

Рассмотрим, как представлены данные области реагирования в субъективных моделях предпринимательской деятельности трех выделенных нами групп респондентов.

В области активности "предприниматели" высоко оценивают свои возможности. "Я могу работать в течение 24 часов", "Я буду работать с максимальным напряжением, пока не удовлетворюсь полученным результатом", "Для восстановления сил после утомительной работы мне достаточно непродолжительного отдыха" — примеры утверждений, с которыми согласны свыше 83% предпринимателей. Вероятно, именно в связи с переоценкой своих энергетических возможностей в среде предпринимателей возникает много запросов, связанных с коррекцией своего соматического состояния. У "предпринимателей поневоле" наблюдается обратная картина: люди часто жалуются на усталость, апатию, опустошенность, равнодушие (72%); высказывают желание замедлить темп деятельности. При этом запрос на реальное изменение своего функционального состояния проявляется в данной группе в гораздо меньшей степени, чем у "предпринимателей". У "студентов" представление о своих энергетических возможностях подвергается искажающим тенденциям в наименьшей степени: 55% согласны с высокими оценками собственной энергетики, но 45% согласны с низкими оценками. Можно сказать, что в целом представления "студентов" об энергетических возможностях являются сбалансированными.

В области, работы с информацией "предприниматели" чувствуют себя достаточно уверенно. Речь идет о возможностях обработки больших массивов данных, оперативности решения задач и точности выделения ключевых моментов в проблемной ситуации. При этом их оценки своих возможностей в данной области являются достаточно сбалансированными, "Предприниматели поневоле" жалуются на трудности. "Мне трудно держать под контролем массу дел и деталей одновременно", "Мне трудно изменить заранее разработанный план действий", "Я замечаю, что при решении того или иного вопроса я часто уделяю слишком большое внимание второстепенным деталям" — примеры утверждений, с которыми чаще всего соглашаются представители данной группы (свыше 65%). У "студентов", напротив, данная область гипертрофирована: 84% респондентов оценивают свои возможности в сфере работы с информацией как очень высокие.

а)

б)

в)

Соотношение четырех областей реагирования (А, И, П, К) в группах "предпринимателей" (а), "предпринимателей поневоле" (б) и "студентов" (в). Размер кружка символизирует тенденцию области: к редукции (малый), к сбалансированности (средний), к гипертрофии (большой).

В области коммуникаций все исследованные группы высоко оценивают свои возможности: подавляющее большинство утверждает, что им легко устанавливать контакты с людьми и они знают, как завоевать их расположение, предпочитают деловые отношения подкреплять неформальными и видят преимущества в групповом разделении ответственности за успех дела. Подбор команды большинством респондентов оценивается как приоритетный шаг на этапе становления организации.

Область прогнозирования (планирования будущего) мало представлена во всех исследованных нами группах. Даже "предприниматели" в своей деятельности ориентированы исключительно на решение сиюминутных проблем, выражают нежелание обсуждать дальние перспективы работы и демонстрируют низкий уровень готовности к принятию инновационных решений.

Рассматривая полученные данные, подчеркнем, что использованное нами представление о балансе соответствует модели Пезешкиана, которая предполагает взаимосвязь различных форм реагирования. Автор сравнивает четыре выделенные формы с весами, чаши которых для достижения душевной гармонии должны быть уравновешены. Преимущественное развитие одних форм реагирования приводит к редукции других, т.е. при гипертрофии одной из форм переработки конфликтов прочие отодвигаются на задний план (Пезешкиан, 1996). Это представление о балансе нашло подтверждение и при анализе четырех областей реагирования в групповых моделях предпринимательской деятельности (рисунок). Так, общим для трех выделенных групп является редукция области прогнозирования. Этот феномен проявляется даже в группе предпринимателей, которые не выражают желания к инновационным изменениям в своей деятельности. Это обстоятельство вообще ставит под сомнение отнесение деловой активности, осуществляемой у нас в негосударственной сфере, под категорию "предпринимательство", основополагающей характеристикой которой считается именно организационное новаторство (Друкер, 1993). Юридическое понимание предпринимательства в данном случае не совпадает с психологическим.

Разумеется, этот феномен имеет глубинные причины этнического, исторического, социального, экономического и иного характер анализ которых в рамках данной работы не представляется возможным. Однако можно предположить, что в силу социально-экономической ситуации, сложившейся в нашей стране за последнее десятилетие, ожидания большинства населения, связанные с социальны перспективами, не оправдались, и это заставило многих пересматривать свои планы, а прежние ожидания оценивать как фантазии, не имеющие связи с реальностью. Систематические экономические потрясения заставили многих вообще отказаться от усилий строить сценарии своей деловой активности и карьеры. "Работа с будущим сместилась в игровые области: отсюда, как нам кажется, проистекает повышенный интерес к политическим прогнозам, литературным социальным фантазиям, эзотерике.

Обращает на себя внимание гипертрофия области социальных коммуникаций во всех исследованных группах. Достаточно трудно ответить на вопрос, в чем причина данного феномена: либо редукция сферы работы с будущим приводит к усилению экзистенциальной тревожности, которая и заставляет индивида восстанавливать свое душевное равновесие в "объятиях" групповых отношений, либо привычка (традиция) к корпоративному способу поведения приводит к редукции сферы индивидуального принятия решений и связанной с ней областью прогнозирования. Однако такая связь несомненно имеется и отвечает интегративному характеру используемой нами модели. Вместе с тем следует добавить, что, исходя из полученных нами данных, область социальных коммуникаций имеет своеобразный характер. Большинство респондентов высоко оценивает возможность группового разделения ответственности за успех дела и при этом не считает обязательным соблюдение правил деловой морали в вопросах выполнения договорных обязательств. Иными словами, ценной оказывается коммуникация, понимаемая как средств снятия индивидуальной ответственности, а не как норма партнерского поведения, предполагающая установление и принятие правил деловой этики между участниками сообщества. К этому же выводу приводит и полученный нами факт, что одной из важнейших причин, склоняющих людей к занятию предпринимательской деятельностью, является нежелание подчиняться указаниям начальства на работе. Восприятие необходимости следовать принятым в организации правилам как "принудительной нагрузки" может на самом деле свидетельствовать об отказе от сотрудничества. Таким образом, обнаруженный нами факт доминирования групповых форм поведения надиндивидуальными в деловой сфере носит скорее компенсаторный характер.

В заключение следует сказать, что обсуждаемая модель разрабатывалась как интегральный диагностический инструмент, предназначенный для выявления проблем жизнеобеспечения пациентов. Применение данной модели для анализа проблем деловой активности требует специальной работы по дальнейшей дифференциации используемых в ней понятий, уточнению выделяемых областей реагирования. Само понятие "область реагирования" соответствует основной идее интеракционистского подхода и дает возможность по-новому взглянуть на то, как устойчивые мотивационные доминанты, личностные концепции и имеющиеся поведенческие схемы задают в своем взаимодействии конкретные воплощения субъекта в реальной жизненной ситуации. Разработка содержания каждой из выделенных областей применительно к специфике предпринимательской деятельности и анализ их взаимодействия позволят сделать важный шаг на пути построения модели личности предпринимателя.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Агеев А.И. Предпринимательство: проблемы собственности в культуры. М., 1991.

Гинс Г.К. Предприниматель. 1992.

Церию П. Хотите стать коммерсантом? М., 1995.

Друкер П. Рынок: как выйти в лидеры. М., 1993.

Мусаэлян И.Э., Сливницкш Ю.О. Психология предпринимательства — новая область отечественной психологической науки //Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1995. № 1.

Пезешкиан Н. Психосоматика и позитивная психотерапия. М., 1996.

Росс Л; Нисбетт Р. Человек и ситуация. М., 1999.

Серван-Шрейбер ЖЛ. Ремесло предпринимателя. М., 1993.

Хизрич Р., Питере М. Предпринимательство, или Как завести собственное дело и добиться успеха. М., 1993.

Хокен П. Я начинаю свое дело. М., 1999.

Хоскинг А. Курс предпринимательства. М., 1993.

Хьелл Л; Зиглер Д. Теории личности. СПб., 1997.

Blass J. Social psychology and personality: Toward a convergence //J. of Pers. and Social Psychol. 1984. Vol. 47.

The Identification and Assesment of the competencies of Entrepreneurs. N.Y., 1988.

Mishel W. Personality and Assesment. N.Y., 1968.

Roberts E. The Personality and Motivation of Technological Entrepreneurs. Boston, 1988.

лазерная резка пластика цена
Hosted by uCoz